Обсуждение самого громкого процесса России XIX века - дела оправданной судом присяжных под председательством выдающегося российского юриста, судьи Анатолия Кони, 28-летней Веры Засулич, выстрелившей в 1978 году в градоначальника Санкт-Петербурга Федора Трепова, стал главным событием первого дня Петербургского международного юридического форума (ПМЮФ).

Интерактивная сессия "Дело Веры Засулич: pro et contra" прошла фактически в режиме соперничества сторонников и противников ставшего историческим оправдательного приговора присяжных Засулич, выстрелившей в градоначальника Петербурга за незаконный приказ сечь розгами не снявшего перед ним шапку в тюрьме народовольца Архипа Боголюбова.

Две команды юристов попытались представить аргументы за и против оправдания Веры Засулич, а итог подвели те, кто не является юристом.

Представлявшая команду "pro" президент Федеральной палаты адвокатов (ФПА) Светлана Володина отметила, что решение суда присяжных продемонстрировало полное проявление демократии. По ее мнению, у общества осталось ощущение справедливости решения. У Засулич не было умысла убить, она не стала стрелять второй раз и бросила пистолет. "В это время в обществе было недовольство, и оправдательный вердикт Засулич - это обвинительный вердикт Трепову", - считает глава ФПА. Она напомнила, что присяжные приняли решение всего за 10 минут. Ведущий этого баттла юристов бывший замгенпрокурора, историк и писатель Александр Звягинцев напомнил, что председательствующий на процессе Анатолий Кони весьма тщательно отбирал присяжных - из 24 присяжных отклонил 11, так или иначе связанных с органами власти, а оставшиеся - студенты, мелкие купцы, были недовольны властью.

Более сложная задача досталась представлявшему команду "contra" главе Минюста Константину Чуйченко. Он напомнил, что следствие в отношении Засулич было проведено бездарно - всего за 1,5 месяца. "Совершенно не исследованы обстоятельства, указывающие на террор и на то, что Вера Засулич действовала не одна. В своих воспоминаниях Кони писал, что даже к отысканию сообщницы, купившей для нее револьвер, не было принято никаких серьезных мер", - отметил Чуйченко. В итоге стоял вопрос о том, совершила ли Засулич общеуголовное преступление из благородного порыва или совершила акт терроризма, причем действовала не одна и выполняла определенную соратниками политическую задачу. На вторую версию, по его словам, указывает тот факт, что сразу после оправдательного приговора она вышла из здания суда в толпу народа, села на подготовленную бричку и скрылась за границей в Швейцарии, где прожила 20 лет, занимаясь политической работой, хотя потом, по показаниям ее соратников, разочаровалась в терроре.

"Таким образом, по делу Веры Засулич, на мой взгляд, не была установлена истина и процесс действительно превратился в суд над Треповым", - заметил министр.

Чуйченко заметил, что присяжные, по словам самого Кони, вспоминавшего о процессе, были "очень чувствительным отголоском общественного настроения". Одной из причин, приведших к оправданию, по его мнению, стал слабый правопорядок, когда "не было правовой оценки действий Трепова хотя он нарушил закон, поступил безнравственно и не понес никакой ответственности за эти действия". В свою очередь, защита в лице адвоката Александрова, "блестяще провела защиту, хотя сосредоточилась на личности Веры Засулич и не занималось оценкой обстоятельств дела", а выступление прокурора было безликим. Глава Минюста заметил, что оправдание Засулич нельзя считать необоснованным, потому что для этого надо считать, что если человек, реагируя на какую-либо несправедливость, нарушает закон, то подлежит оправданию. "Тогда в правовую систему надо вводить в качестве третьего обстоятельства, которое исключает помимо необходимой самообороны и действий в крайней необходимости, совершение преступления или поступка, подпадающего под признаки преступления, под влиянием высоких нравственных начал", - аргументировал он.

Адвокат Генри Резник считает, что поступок Засулич нельзя считать терактом или политическим убийством, как, например, убийство лидера якобинцев Жана-Поля Марата Шарлоттой Корде. "Отвратительнейшее беззаконие которое учинено было [в отношении Боголюбова], - розги, которые 20 лет не применялись и по этой причине было возмущение всего общества", - напомнил он. "Власть молчит, ни одного слова в адрес Трепова. Молчит государь, сводным братом которому приходится генерал-губернатор Санкт-Петербурга Трепов, граф Пален (министр юстиции-генеральный прокурор) дал указание прокурорам - ни одного критического слова в адрес Трепова не произносить. Трепов не только отказывается явиться в суд, отказывается дать показания на дому", - заметил Резник. В итоге защитник Засулич Петр Александров фактически поставил присяжных перед выбором. И сегодня, если не удается доказать присяжным моральную вину человека, а не его виновность перед законом, присяжные выносят оправдательный вердикт.

Полпред правительства в высших судебных инстанциях Михаил Барщевский считает дискуссию по делу Засулич "бриллиантом в короне" ПМЮФ и заметил, что считает важным сравнение ситуаций с сегодняшним днем. "Дело началось с того, что кого-то в тюрьме избили розгами. Но ведь сегодня такое даже представить себе невозможно, правда?" - заметил он.

Общей вердикт дискуссии подвели члены жюри, не являющиеся профессиональными юристами. Председатель СПЧ Валерий Фадеев отметил роль процесса - "террор в России начался раньше этого дела, но он разгорелся после этого дела, когда стало ясно, что государство слабо". Он напомнил, что в то время "общество продолжило разрушать собственное государство" и дело Веры Засулич - важнейший шаг к тому, что потом произошло с нашей страной. Он напомнил, что в день начала ПМЮФ в Петербурге был открыт памятник Анатолию Кони, председательствовавшему на процессе по делу Засулич. "Не хочется, чтобы наступили такие времена, чтобы кому-нибудь в голову пришло бы открывать памятник Вере Засулич", - заметил он.

Прошедшая тюрьму в США Мария Бутина провела аналогию между делом Засулич с делом Ассанжа, освобожденного в Великобритании после заключения соглашения и получившего фактически оправдательный приговор после согласия признать свою вину. По ее мнению, наступит время понимания позорности мер, заставивших Ассанжа признать свою вину. Третий участник неюридического жюри, проведший в тюрьме США летчик Константин Ярошенко заметил, что в деле Засулич "закон растоптали", посчитавший по своему личному опыту это самым серьезным последствием дела Засулич.